Статьи

Коллеги, здравствуйте.

На этой неделе мы завершили Блок 3 — «Выставки „за рубежом“ в XX веке». Получилось драматично. Иначе и быть не могло. Между двумя войнами мир прошёл через такое, что выставки перестали быть просто ярмарками прогресса. Они стали полем боя идей, надежд и страхов. Видели дуэль Мухиной и Орла на Сене в 1937-м. Видели «Футураму» и ВДНХ — ровесников 1939.

И мы думали про

• Парижскую выставку 1937,
• ВДНХ Москвы 1939
• и «Мир завтрашнего дня» в Нью-Йорке 1939/40

— три разных ответа на вопрос «каким будет завтра?»

Я сознательно сделал ту часть жёстче. Потому что история не всегда бывает лёгкой. Но именно поэтому важно не останавливаться на драме.

И вот хорошая новость.

На следующей неделе мы переходим в Блок 4 — «Выставки в СССР».

Мы поговорим о том, как после 1945 года наша страна выстроила свою, ни на что не похожую выставочную модель. Мощную. Идеологическую. И, при всех её особенностях, очень эффективную.

Мы разберём:

• Как ВДНХ стала настоящим храмом советской мечты — тем местом, куда люди ехали со всей страны, чтобы прикоснуться к «завтра».
• Как советские павильоны на международных Expo работали как инструмент мягкой силы — от Брюсселя-1958 со Спутником до Осаки-1970.
• Как на обычной московской выставке в Сокольниках в 1959 году произошли легендарные «кухонные дебаты» между Хрущёвым и Никсоном — один из самых ярких эпизодов Холодной войны, который случился не в ООН, а у макета американской кухни.
• Как космос, наука и вера в будущее становились главными экспонатами.

И самое главное — мы посмотрим, как даже в самые сложные времена выставки оставались пространством надежды. Пространством, где человек мог увидеть: «Мы можем. Мы строим. Мы идём вперёд».

Да, эпоха была турбулентной. Да, было много драмы. Но была и огромная вера. И эта вера умела материализоваться в камне, стали, фонтанах и павильонах. Мы продолжаем жить в непростое время. Но точно так же, как и тогда, у нас остаётся выбор:

• Что мы хотим показывать миру и самим себе на своих выставках сегодня.
• Какую историю рассказывать.

Поэтому на следующей неделе будем говорить не только об истории. Будем говорить о том, что из неё можно и нужно взять с собой из 2026 года.

Продолжение следует.

И оно, как мне кажется, будет очень интересным.

P.S. И к слову: ровно вчера в Петербурге завершилась ПМЭФ-2026.

ПМЭФ — это ведь тоже выставка. Не в классическом смысле, но по сути. Огромные стенды регионов и корпораций. Павильоны, где показывают технологии, проекты, амбиции. Тысячи людей, которые приехали не просто «посмотреть», а заключить контракты, найти партнёров, заявить о себе.

По сути — прямой наследник тех самых советских смотров. Только вместо Спутника — беспилотники и нейросети. Вместо «дружбы народов» — кооперация регионов и стран. Но суть та же: показать, что мы можем. Что мы строим. Что идём вперёд.

И если вам показалось, что история про ВДНХ и павильоны на Expo — это «дела давно минувших дней», включите новости про ПМЭФ.

Почувствуете: ничего не изменилось.

Просто масштаб стал другим.

А история — изменилась.